Неточные совпадения
В комнате, которая отделялась только небольшим
коридором от кабинета Ильи Ильича, послышалось сначала точно ворчанье цепной собаки, потом стук спрыгнувших откуда-то ног. Это Захар спрыгнул с лежанки, на которой обыкновенно проводил
время, сидя погруженный в дремоту.
В это
время из
коридора выбежала нечесаная, заплаканная Мими. «Ах!
В то
время когда он шел по
коридору, мальчик отворил дверь во второй денник налево, и Вронский увидел рыжую крупную лошадь и белые ноги.
— Да нельзя же в
коридоре разговаривать! — сказал Левин, с досадой оглядываясь на господина, который, подрагивая ногами, как будто по своему делу шел в это
время по
коридору.
За
время, которое он провел в суде, погода изменилась: с моря влетал сырой ветер, предвестник осени, гнал над крышами домов грязноватые облака, как бы стараясь затискать их в
коридор Литейного проспекта, ветер толкал людей в груди, в лица, в спины, но люди, не обращая внимания на его хлопоты, быстро шли встречу друг другу, исчезали в дворах и воротах домов.
В это
время, слышу, Розовский из
коридора кричит что-то своим тонким еврейским голосом.
В это
время послышался шум шагов и женский говор в
коридоре, и обитательницы камеры в котах на босу ногу вошли в нее, каждая неся по калачу, а некоторые и по два. Федосья тотчас же подошла к Масловой.
В обычное
время в остроге просвистели по
коридорам свистки надзирателей; гремя железом, отворились двери
коридоров и камер, зашлепали босые ноги и каблуки котов, по
коридорам прошли парашечники, наполняя воздух отвратительною вонью; умылись, оделись арестанты и арестантки и вышли по
коридорам на поверку, а после поверки пошли за кипятком для чая.
Проходивший в это
время по
коридору старший доктор, услыхав звон разбитой посуды и увидав выбежавшую раскрасневшуюся Маслову, сердито крикнул на нее...
В это
время Марья Павловна вышла в
коридор.
Проходя назад по широкому
коридору (было
время обеда, и камеры были отперты) между одетыми в светло-желтые халаты, короткие, широкие штаны и коты людьми, жадно смотревшими на него, Нехлюдов испытывал странные чувства — и сострадания к тем людям, которые сидели, и ужаса и недоумения перед теми, кто посадили и держат их тут, и почему-то стыда за себя, за то, что он спокойно рассматривает это.
Знакомый подземный
коридор, освещенный тусклившимися сквозь туман электрическими лампочками. По всему желобу был настлан деревянный помост, во
время оттепели все-таки заливавшийся местами водой. Работы уже почти кончились, весь ил был убран, и подземная клоака была приведена в полный порядок.
—
Время такое-с, все разъехамшись… Во всем
коридоре одна только Языкова барыня… Кто в парк пошел, кто на бульваре сидит… Ко сну прибудут, а теперь еще солнце не село.
В Медицинской академии есть много людей всяких сортов, есть, между прочим, и семинаристы: они имеют знакомства в Духовной академии, — через них были в ней знакомства и у Лопухова. Один из знакомых ему студентов Духовной академии, — не близкий, но хороший знакомый, — кончил курс год тому назад и был священником в каком-то здании с бесконечными
коридорами на Васильевском острове. Вот к нему-то и отправился Лопухов, и по экстренности случая и позднему
времени, даже на извозчике.
Снимая в
коридоре свою гороховую шинель, украшенную воротниками разного роста, как носили во
время первого консулата, — он, еще не входя в аудиторию, начинал ровным и бесстрастным (что очень хорошо шло к каменному предмету его) голосом: «Мы заключили прошедшую лекцию, сказав все, что следует, о кремнеземии», потом он садился и продолжал: «о глиноземии…» У него были созданы неизменные рубрики для формулярных списков каждого минерала, от которых он никогда не отступал; случалось, что характеристика иных определялась отрицательно: «Кристаллизация — не кристаллизуется, употребление — никуда не употребляется, польза — вред, приносимый организму…»
— Вольдемар! скоро ли ты? — крикнул он, останавливаясь посреди
коридора. В это самое
время мимо него проходила горничная Маша, которая, увидав барина, потупилась и хотела обойти его. Он остановил ее.
Это — сокровенная сионская горница. Тут бывают раденья Божьих людей. Рядом вдоль всей горницы
коридор, а по другую его сторону семь небольших комнат, каждая в одно окно, без дверей из одной в другую. Во
время о́но в те комнаты уединялись генеральские собутыльники с девками да молодками, а теперь люди Божьи, готовясь к раденью, облачаются тут в «белые ризы». Пред сионской горницей были еще комнаты, уставленные старой мебелью, они тоже бывали назаперти. Во всем нижнем этаже пахло сыростью и затхлостью.
Еще в то
время, когда они проходили
коридором, Гладышева поразила странная, молчаливая, напряженная суета в зале, топот ног и какие-то заглушенные, вполголоса, быстрые разговоры.
В это
время по
коридору пронеслась с криком быстроногая экономка Зося...
— Нет. Зачем же занята? Только у нее сегодня весь день болела голова: она проходила
коридором, а в это
время экономка быстро открыла дверь и нечаянно ударила ее в лоб, — ну и разболелась голова. Целый день она, бедняжка, лежит с компрессом. А что? или не терпится? Подождите, минут через пять выйдет. Останетесь ею очень довольны.
Я остановился в Grand Hotel'e, где во
время осады помещался госпиталь, и во всех
коридорах стоял еще больничный запах. Зато было дешево. Я платил за большую комнату всего 5 франков в сутки. Но через несколько дней я перебрался в меблированные комнаты тут же поблизости, на бульвар Капуцинов.
То же было и у финансиста; а Ивановский, прослушав меня так минут по пяти на темы"морских конвенций"и"германского союза", поставил мне две пятерки и, в паузу, выходя в одно
время со мною из аудитории в
коридор, взял меня под руку и спросил...
Мы в это
время находились как раз на середине длинной, узкой и прямой, как стрела, лесной просеки. Высокие, стройные сосны обступали нас с обеих сторон, образуя гигантский, уходящий вдаль
коридор со сводом из душистых сплетшихся ветвей. Голые, облупившиеся стволы были окрашены багровым отблеском догорающей зари…
Но страх и сомнения терзали бедного Александрова немилосердно.
Время растягивалось подобно резине. Дни ожидания тянулись, как месяцы, недели — как годы. Никому он не сказал о своей первой дерзновенной литературной попытке, даже вернейшему другу Венсану; бродил как безумный по залам и
коридорам, ужасаясь длительности
времени.
Но с Ермоловым повсюду на уроки ездит скрипач, худой маленький человечек, с таким ничего не значащим лицом, что его, наверно, не помнит и собственная жена. Уждав
время, когда, окончив урок, Петр Алексеевич идет уже по
коридору, к выходу на лестницу, а скрипач еще закутывает черным платком свою дешевую скрипку, Александров подходит к нему, показывает трехрублевку и торопливо лепечет...
Проходя верхним рекреационным
коридором, Александров заметил, что одна из дверей, с матовым стеклом и номером класса, полуоткрыта и за нею слышится какая-то веселая возня, шепот, легкие, звонкие восклицания, восторженный писк, радостный смех. Оркестр в большом зале играет в это
время польку. Внимательное, розовое, плутовское детское личико выглядывает зорко из двери в
коридор.
В это
время дверь из
коридора отворилась, и вошел коридорный лакей, а за ним высокая дама в длинном клетчатом плюшевом бурнусе, с густым вуалем на лице.
Со стороны
коридора это отверстие, производящее впечатление панорамы, было закрыто, так как лишь по
временам открываемое чьей-то рукою, оно мелькало на двери светлой точкой.
Gnadige Frau, поняв из этого, что Юлия Матвеевна желает, чтобы она удалилась, исполнила ее желание и, выйдя в
коридор, поместилась на стуле около комнаты больной. Прошло с час
времени. Юлия Матвеевна заметно начала свободнее дышать, потом вдруг указала на лежавшие в углу валяные туфли.
Зачем все это и для чего?» — спрашивал он себя, пожимая плечами и тоже выходя чрез
коридор и кабинет в залу, где увидал окончательно возмутившую его сцену: хозяин униженно упрашивал графа остаться на бале хоть несколько еще
времени, но тот упорно отказывался и отвечал, что это невозможно, потому что у него дела, и рядом же с ним стояла мадам Клавская, тоже, как видно, уезжавшая и объяснявшая свой отъезд тем, что она очень устала и что ей не совсем здоровится.
На этом пока и кончился разговор камергера с Миропой Дмитриевной. В следующие за тем дни Миропа Дмитриевна, сама обыкновенно сидевшая за общим столом своих постояльцев, очень хорошо замечала, что камергер был грустен и только по
временам как-то знаменательно взглядывал на нее. Миропа Дмитриевна, несмотря на то, все-таки решилась повыдержать его. Но вот однажды камергер, встретив ее в
коридоре, сказал такого рода фразу...
Неведомов встал, вышел в
коридор и послал человека к Салову. Через несколько
времени, в комнату вошел — небольшого роста, но чрезвычайно, должно быть, юрковатый студент в очках и с несколько птичьей и как бы проникающей вас физиономией, — это был Салов. Неведомов сейчас же познакомил с ним Вихрова.
— Стану я всякой свинье служить, — говорил он, продолжая стоять в
коридоре и отплевываясь по
временам. Макар Григорьев между тем очень умно вел с господами разговор.
Павел, все это
время ходивший по
коридору и повторявший умственно и, если можно так выразиться, нравственно свою роль, вдруг услышал плач в женской уборной. Он вошел туда и увидел, что на диване сидел, развалясь, полураздетый из женского костюма Разумов, а на креслах маленький Шишмарев, совсем еще не одетый для Маруси. Последний заливался горькими слезами.
Далеко ли то
время, когда в московском трактире в
коридор нельзя было выйти, чтоб не воскликнуть: что это, братцы, у вас как будто того… чрезвычайное что-нибудь!
— Сашка! Я давно уже тебя люблю, только стеснялся сказать. Вижу, идешь ты по
коридору, даже не смотришь на меня… Господи! — думаю. — За что? Уж я ли к нему… Друг мой дорогой! И с удивлением слушал самого себя. Говорят, — что у трезвого на уме, то у пьяного на языке; неужели я, правда, так люблю этого длинного дурака? Как же я этого раньше сам не замечал? А в душе все
время было торжествование и радость от того, что мне сказал Шлепянов.
Коридор. Тысячепудовая тишина. На круглых сводах — лампочки, бесконечный, мерцающий, дрожащий пунктир. Походило немного на «трубы» наших подземных дорог, но только гораздо уже и не из нашего стекла, а из какого-то другого старинного материала. Мелькнуло — о подземельях, где будто бы спасались во
время Двухсотлетней Войны… Все равно: надо идти.
— Я не могу так, — сказал я. — Ты — вот — здесь, рядом, и будто все-таки за древней непрозрачной стеной: я слышу сквозь стены шорохи, голоса — и не могу разобрать слов, не знаю, что там. Я не могу так. Ты все
время что-то недоговариваешь, ты ни разу не сказала мне, куда я тогда попал в Древнем Доме, и какие
коридоры, и почему доктор — или, может быть, ничего этого не было?
Жизнь человеческую можно представить так: движение по
коридору или трубе, сначала свободное, легкое, потом, при всё большем и большем саморасширении, всё более и более стесненное, трудное. Во
время движения человек всё ближе и ближе видит перед собой полный простор и видит, как идущие перед ним скрываются, исчезая в этом просторе.
Полина зарыдала… Но в это
время раздался шум, и послышались явственные шаги по
коридору. Князь вздрогнул и отскочил от нее; та тоже, сама не зная чего, испугалась и поспешно отерла слезы.
Я любил этот шум, говор, хохотню по аудиториям; любил во
время лекции, сидя на задней лавке, при равномерном звуке голоса профессора мечтать о чем-нибудь и наблюдать товарищей; любил иногда с кем-нибудь сбегать к Матерну выпить водки и закусить и, зная, что за это могут распечь, после профессора, робко скрипнув дверью, войти в аудиторию; любил участвовать в проделке, когда курс на курс с хохотом толпился в
коридоре.
Но в это
время в
коридоре зашлепали тяжелые шаги Полоярова, и вскоре послышался звук отмыкаемой двери.
Это был кабинет старика; влево за драпированными дверями виднелась его спальня, а правее — продолговатая комната или широкий
коридор, совсем без мебели, и в конце-то этой комнаты запертая дверь, у которой теперь толпились все четыре лакея, суетясь, споря, не соглашаясь и в то же
время штурмуя эту дверь и кочергой, и щеткой, между тем как четвертый, позже всех прибывший с ясеневою вешалкой, действовал ею, как стенобойною машиной.
Серый сумрак густел, по
коридорам гостиницы, вдали, раздавались шаги и смолкали, в комнате же была ненарушимая тишь, среди которой слышалось глубокое сонное дыхание Глафиры. Она спала неспокойно, — нет, спокойный сон тоже давно ее оставил, но дремота ее была тяжелая и крепкая, соответствующая большой потребности отдыха и большому желанию хоть на
время уйти от себя и позабыться.
В это
время Бодростина, случайно оборотясь, заметила мелькнувшую в
коридоре юбку Ларисиного платья, но не обратила на это, по-видимому, никакого внимания.
В это
время мы поднялись во второй этаж и шли по тесному
коридору, с выходом на стеклянную галерею слева. Направо я увидел ряд дверей — четыре или пять, — разделенных неправильными промежутками. Я остановил женщину. Толстая крикливая особа лет сорока, с повязанной платком головой и щеткой в руках, узнав, что мы справляемся, дома ли Гез, бешено показала на противоположную дверь в дальнем конце.
— Она отказалась войти, и я слышал, как Гез говорил в
коридоре, получая такие же тихие ответы. Не знаю, сколько прошло
времени. Я был разозлен тем, что напрасно засел в шкаф, но выйти не мог, пока не будет никого в
коридоре и комнате. Даже если бы Гез запер помещение на ключ, наружная лестница, которая находится под самым окном, оставалась в моем распоряжении. Это меня несколько успокоило.
И он водил в воздухе руками, чтобы поймать невидимого доктора. Но в это
время в другом конце
коридора спокойный старческий голос произнес...
В это
время в
коридоре послышались чьи-то неуверенные шаги и шуршание руки, отыскивающей в темноте дверь. Мать и оба мальчика — все трое даже побледнев от напряженного ожидания — обернулись в эту сторону.
В это
время в
коридоре показался надзиратель, чтобы нас выгнать в непоказанное
время из залы, и я ушел.